Категория: Рассказы

Однажды ночью

Протяжно заскрипела старая дверь, послышались шаркающие медленные шаги. Занавеска колыхнулась и теплая шершавая ладонь тронуло вздрогнувшее плечо.

— Спишь, малой?

— Не, деда.

— Вставай, пойдем за мной.


— Куда это? — малыш поднялся с кровати и, быстро перебирая ножками, забегал по комнате от тапок к халату и вновь к деду.

— Покажу кой-чего.

Старик взял ребенка за руку — ладошка вдвое, а то и втрое меньше его испещренной рубцами морщин и сосудов лапы.

— Ишь, ручонки какие махонькие! Ты кашу бабулину кушаешь?

— Кушаю, деда!

Они прошли по темному коридору, где сейчас от стен веяло сыростью, старостью и особым непередаваемым духом деревенского дома. Ребенку мерещились силуэты на стенах и он жался к коленям деда, крепче цепляясь за его ладонь. Они вышли на крыльцо и оказались прямо напротив ведущей в огород калитки.

— А можно? Ночь, бабушка ругать будет.

— Сегодня можно.

На пространстве между клумбами стоял низкий широкий стол, днем заваленный тазами, ведрами и кастрюлями.

— Садись сюда.

Мальчик сел, наблюдая, как, кряхтя, дед осторожно наклоняется и усаживается рядом. 

— Мы чего тут, дед?

— Лягай, — произнес старик, кладя руку на лоб ребенка и укладывая его на хранящие еще дневной жар доски столешницы.

— Что это?

— Это звезды, Сань. Космос, говорят еще.

— А они далеко?

— Очень. Да ты не трепи языком-то! Смотри лучше.

Творилось что-то странное. Постепенно бархат неба темнел, огней на нем зажигалось все больше и больше.

— А они сегодня только?

— Эх, городско-ой! Звезды — они всегда! Ты только голову от асфальта подымай иногда хоть, авось и дома увидишь.

Последние отблески заката погасли, смягчились силуэты домов, деревьев. Казалось, что небо пришло в движение. Все мерцало, неуловимо менялось, медленно плыло перед глазами, унося за собой. Где-то мерцали ярким резким светом большие огни, а где-то виднелись россыпи малых искр и длинный белесый пояс. Ощущение было, будто бы одновременно падаешь вниз с огромной высоты, но в то же время — поднимаешься ввысь. Малыш потрогал ладонью теплое дерево — тут он, никуда не делся, а все равно кажется, что летишь.

— Ты чегой-то ревешь, малой?

— Ничего я не… — мальчик с громким хлюпаньем вытер нос рукавом халата.

— Ну-ну, это можно, — старик потрепал его по голове.

— А ты, деда?

— Чего я?

Ребенок поднялся и тонким белым пальчиком снял каплю со смуглой щеки.

— Ты тоже плачешь?

— Не плачу я, глупыш, глазки у меня пошаливают. Старый я уж.

Малыш опустился обратно на стол и, скрестив на груди руки, стал всматриваться в небо.

— Ой, гляди!

— Куды?

— Падает же, падает!

— Загадывай чего хошь скорее! Счастливым станешь — падучую звезду увидал!

— Все можно?

— Все.

— А она уже улетела...

— Ну ничего, может еще увидишь. Счастье ты свое за хвост ужо поймал.

— А куда она упала?

— Куда? — протянул дед. — Откуда ж нам знать? Авось там в космосе-то и растворилась.

— А чего падала?

— Малой, ты меня не спрашивай! Хочешь — гляди, нет — пошли, я тебя спать уложу!

— Хочу, деда, хочу!

***

Проснулась она от того, что спиной не чувствовала привычного тепла, а в доме было непривычно тихо. Стараясь поберечь ноющую спину, обернулась. И правда, нет деда. Спустив ноги на пол, нащупала один старый тапок, другой, медленно зашаркала к двери. 

Ну точно! Открыта калитка. Накинула халат на плечи, сунула зябнущие руки в карманы и, держась за перила, аккуратно спустилась в сад.У калитки она остановилась, вглядываясь в пару силуэтов. Один — родной, давно сгорбленный, с запрокинутой к небу головой, а второй — крошечный, такой еще непривычный, лежащий рядом и то и дело указывающий ручонкой в небо.

Она опустилась на скамеечку, любуясь ими и тоже изредка бросая взгляды на ночное небо.По воздуху плыл пряный цветочный аромат летней ночи, стрекотали цикады. Прошло немного времени, звонкий голосок раздавался все реже и реже, пока совсем не затих.

Старушка подошла ближе. Мальчик мирно спал, улыбаясь во сне и не отпуская зажатую в крошечные пальчики руку деда. Она опустилась рядом и приобняла за плечи мужа.

— Ну что, родной?

Он обернулся. Глаза за стеклами очков блестели.

— И ты встала? Ну-ну, пойдем-ка в дом! Холодно тут.

Она улыбнулась.

— Ну, пойдем, пойдем.

Дед аккуратно поднял ребенка, прижал к груди и понес в дом. Она прошла за ними, остановившись у калитки на мгновение, бросив взгляд на неизменное вот уже столькие годы небо, и двинулась следом в дом...

*Конец*

То же на Фикбуке

И да, экспромт в иллюстрации от меня (ну, перемена перед историей, ага, навевает)

Обсудить у себя 7
Комментарии (9)

Как всегда гениально. Так отчетливо представилась картинка. 

Как всегда?

Спасибо!

Мне твои рассказы очень нравятся, очень литературно и чувствительно.

Спасибо  еще раз!

Чем навеяно?

Отчасти — разговором, отчасти — воспоминаниями

Очень понравилось

Спасибо!

Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети: